Поллак Александр - защитник и капитан Харьковского «Металлиста» в 1973-1976 гг.

Все футболисты клуба Гвардейцы клуба Зал Славы

 

Еженедельник "Футбол" (Харьковский спецвыпуск, №5, апрель 2010 г.)

Автор: Сергей Шевченко

 

C героем этого материала - Александром Александровичем Поллаком - ваш автор познакомился во многом случайно. Кто бы мог представить, что старичок, отвечающий за аренду зала на стадионе «Кировец» - известный в прошлом футболист?! А вот как получается: в глуши Старой Салтовки живёт и до сих пор трудится человек, который выступал в одной команде с Валерием Лобановским и был капитаном «Металлиста». Но Поллак интересен не только тем, что отыграл за харьковскую команду более сотни матчей: помимо этого, он - интересный собеседник, которому есть что рассказать.

 

РУССКИЙ С ДЕТСТВА НЕ ПОНИМАЛ

- Откуда вы родом? Как начиналась ваша карьера?

- Я сам из Берегово, это Закарпат­ская область. Играл тогда в первен­стве области за мебельный комбинат. У нас не было тренеров, так бегали. А потом пригласили в команду «Колхоз­ник» (Черкассы). Ну, как пригласили: раньше ведь не было таких сборов, как сейчас в Африку едут, в Эмираты и тому подобное. Ехали команды в За­карпатье, играли на сборах с местными коллективами. И вот после одной игры тренер пригласил меня.. Трудно было, я ведь русский язык не знал.

- Вы в юности вообще по-русски не го­ворили?

- Нет. Наше Берегово — поселение венгерское. И я в венгерской школе учился, всё преподавали на венгер­ском. А русский был — как сейчас ан­глийский учат, иностранный язык. И по национальности я — венгр. Как и Йожеф Сабо, земляк мой, хорошо в своё время общались. Бывало, подкалывал я его всякими словами на вен­герском - ох, он злился! Русский я со временем выучил, конечно — все в команде ведь по-русски говорят. Вот украинского языка я вообще никогда не знал, не было причин учить.

- Кроме Черкасс были какие-то вари­анты?

- Меня пригласили в «Динамо» (Киев). В дубль, конечно, там же со­став был — ого-го! Но я в Киеве так и не заиграл. Удрал оттуда домой, можно сказать.

- А почему же?

- Да забоялся, скорее. Там конку­ренция была страшная, люди на тре­нировках друг другу ноги ломали. И не захотел я в Киев, решил — лучше буду в командах попроще в основе спокойно играть. Потом жалел, конечно, что не остался в «Динамо».

- Как дальше сложилась карьера?

- Поиграл в Белгороде - уже, ви­дишь, ближе к Харькову. Потом два года отыграл в Николаеве. И за Нико­лаев вышел против донецкого «Шах­тёра», вот они меня и заприметили. В составе «Шахтёра» выступал на протя­жении трёх лет.

 

Л0БАН0ВСКИЙ НЕ ПЕРЕНОСИЛ ЖАРЫ

- И в Донецке вы пересеклись с Валери­ем Васильевичем Лобановским.

- Да, вместе играли, в одной коман­де. И он, и Базилевич — вот они «же­лезными» друзьями были!

- Какие у вас воспоминания о Лобановском и Базилевиче?

- Хорошие воспоминания. По тем временам можно сказать, что нормаль­ные пацаны. Мы же играли в одной ко­манде: тренировались, общались, само собой. Базилевича в команде «уша­стым» называли — за внешность.

- А у Лобановского прозвище было?

- «Рыжий», конечно! Кстати, в Аф­рику же Лобановский с нами не приез­жал, когда товарищеские матчи игра­ли. На солнце ему нельзя было бегать. Вернее, он ездил, но не играл — не мог играть по жаре! И загорать Лобанов­ский тоже не мог, плохо переносил такую погоду.

- Знаменитым «сухим листом» Валерий Васильевич часто радовал?

- Конечно, часто! Просто брал и крутил с углового в дальний угол. Ва­лера, царство небесное, и в «Шахтёре» так отличался, я это помню прекрасно. Как-то случай был: проигрывали 0:1, кажется, «Динамо» (Тбилиси). Послед­ние минуты, судья уже готов свистеть, и тут мы угловой подаём — и Лобанов­ский закручивает в ворота, ничья 1:1!

- Как вы попали в «Металлист»?

- После Донецка поиграл я немного на родине, в Закарпатье. А потом при­гласили меня в «Металлист». Юрий Войнов, тогдашний тренер, пригласил. И в Харькове я играл четыре года.

- На какой позиции выходили?

- Сначала правым защитником. В Донецке там играл. А вот в «Метал­листе» начал правым, но со временем начали ставить в центр обороны. С Виктором Аристовым играл в центре. Вообще, хорошая команда была: Ари­стов, Матвиенко, Малько...

- Как вы стали капитаном «Металли­ста»?

- Не сразу меня выбрали, а через год. Предлагали кандидатов, обычно двух-трёх человек. И проводили тай­ное голосование: раздавали каждому бумажки, все записывали, за кого голосуют. А тренер сразу же, при всех, результаты объявлял. Кто выиграл — капитан, второй — вице-капитан. Вот чтобы тренер назначал капитана, никогда такого не было!

- Так получилось, что «Металлист» тогда играл в низших лигах.

- В «Металлисте» молодая команда была. На всю команду только два ма­стера спорта — я и Витя Аристов. А так была молодёжь: Линке, Крамаренко, другие. Они потом заиграли в основе и выступали хорошо.

- Почему решили завершить карьеру?

- Да убрали меня, по сути... Я же человек прямой, что думаю — в глаза говорю, и это не всем нравилось. Как узнал, что не хотят меня в команде ви­деть, сразу ушёл. К тому же не хотелось отставать от молодых по уровню игры.

- Вы тренировали кого-либо по оконча­нии карьеры?

- Нет. Там не очень красиво по­лучилось: мне, можно сказать, запре­тили тренировать кого-то в Харькове. А уезжать отсюда я не хотел. Так что поработал немного по рабочей специальности, а потом уже начал пацанов тренировать на «Кировце».

 

БОЛЕЛЬЩИКИ «ТЕРЕКА» РВАЛИСЬ НА ПОЛЕ С НОЖАМИ

- Давайте вернёмся в прошлое. Кто был принципиальным соперником во время ва­ших выступлений в «Металлисте»?

- Да как-то не разделяли мы на принципиальных и не очень. Больше на силу соперника смотрели, на силь­ных интереснее было настраиваться. Ну и от начальства много зависело, что они скажут.

- Сильных соперников было много? Во­обще, оцените уровень чемпионата СССР. Намного выше современного чемпионата Украины?

- Да ну что ты! В Союзе намного сильнее турнир был. На все респу­блики, которые были в Союзе — 16 команд высшей лиги. Можно вспом­нить московские команды, «Дина­мо» (Тбилиси), «Пахтакор», да много кого... Было противостояние школ! Вот кавказцы, они техничные очень. У москвичей свой стиль, у нас свой, и команды-то сильные. А в Украине, когда собственный чемпионат появил­ся, взяли команды из второй лиги и просто перевели в высшую. Они ведь не выбивались наверх, а просто одним махом попали туда.

- Ещё такой вопрос интересный: в чем­пионате Союза хватало специфических выездов: в Закавказье, Среднюю Азию...

- Конечно! Но тяжело там играть против них, очень тяжело. В Ташкенте жара дикая, ещё и стадион — как за­крытая чаша, дышать невозможно. А в тех же Ереване, Баку болельщики не­гостеприимные были. Вплоть до того, что подаёшь угловой, а они по тебе из рогаток стреляют! А ещё случай был неприятный в 1974 году. Мы играли финал за выход в первую лигу с гроз­ненским «Тереком». В Сочи играли, и «Металлист» победил 2:1. Так их болельщики рвались на поле с ножами — нас резать! Хорошо, милиция игроков и судей вывела со стадиона. А ведь ещё из Харькова болельщики приехали, как помню, 20 «икарусов». Но обошлось, к счастью. (Интересной была тогда схема попа­дания из второй лиги в первую! 12 ко­манд из шести зон второй лиги сорев­новались в два этапа. Сначала игрались полуфинальные группы, отсеивающие половину желающих повыситься в классе. А потом оставшиеся б команд в один круг на нейтральном поле раз­ыгрывали три путёвки в первую лигу. Вот так встретились в Сочи «Метал­лист» и «Терек». — С.Ш.)

- Да, жутковато звучит. Вроде и време­на спокойные: 70-е годы, СССР ещё креп­ко стоял.

- Но было же. Вот такие там болель­щики...

- А сами вы сейчас на футбол ходите?

- Нет, не хожу. Один раз по­шёл, но... не умею я болеть. Я смотрю футбол, а остальные зрители орут. Не понимаю я этого. Так что я дома сижу, выключаю звук на телевизоре и смо­трю. Да и вообще, мало бывших фут­болистов на стадион ходит.

- Почему так?

- Да смотри, как бывает... Хорошо сыграл футболист, все кричат — мол, молодец. А где-то ошибся, сразу - «Баран, что ты делаешь?» и всё такое. А ты, пожалуйста, выйди вместо челове­ка, которого ты бараном обозвал, и по­кажи этому «барану», как надо играть! Нет, я понимаю прекрасно, что это эмоции. И что без болельщиков фут­бол вообще смысла не имеет, это как само собой. Но слушать и терпеть по­добное — я не любитель.

- То есть вам обидно за футболистов?

- Не в том смысле, что обидно. Но футбол — это страшный труд. А многие болельщики этого не понимают. Вот бегаешь 90 минут, стараешься, а тебя ещё и обзывают. Хорошо, что на поле, когда играешь, не слышишь этого. А я на трибуне посидел, послушал... В об­щем, не моё это, на футбол ходить. Но без болельщиков футбол невозможен. А тем более, харьковские болельщики!

- Они всегда отличались от любителей футбола в других городах?

- Конечно! Харьковские — изви­ните, понимающие! Одни из лучших были уже в Союзе, куда там тому Кие­ву. Жаль, что команда тогда играла не­стабильно.

- Сколько людей ходило на матчи в Харькове или в том же Донецке?

- Очень много ходило. Вот в Донец­ке старый стадион «Шахтёр», который вмещал 40 тысяч, всегда заполнялся, на любого соперника! И здесь, в Харь­кове, много приходило, как правило, заполнялись трибуны. Понятно, что «Металлист» тогда не в высшей лиге играл. Но я считаю, что настоящий болельщик — он всегда приходит, без оглядки на результаты.

 

ВСЁ ВИДЕЛИ, НО НЕ УЧАВСТВОВАЛИ

- На улицах вас узнавали?

- Редко. Хотя кроме стадиона, игро­ков мало где можно было увидеть. Вот я тогда Харьков почти не знал. Знал только Московский проспект, стадион и базу. А в городе редко был. Местные игроки, конечно, Харьков намного лучше знали.

- Неужели футболисты не развлекались в свободное время?

- Так тогда же по-другому всё было! Честно говоря, кто хочет развлечься — найдёт себе и время, и место. Но вооб­ще времени особо не было. Отпускали домой на день, приходишь — а тебя су­дорога хватает, лежишь в кровати, по­том на следующий день — опять на базу, тренироваться. Молодым, которые за дубль играли, было проще: здоровые ребята, и нагружали их не так.

- То есть у вас просто не было возможности?

- Да, именно. Вот пример такой: приехали мы на выезд, обедаем в ре­сторане. И ресторан большой, то есть там не только футболисты. Нам ужин приготовили: кефир и всё такое, ничего лишнего. Вокруг обычные посетители с шампанским, танцуют. А игроки си­дят, кефир пьют, вот так-то. Страшное дело: рядом девки красивые, мы такие молодые, а нельзя, ведь тренер тут же, с нами! То есть мы всё видели, но ни­где не участвовали.

- С режимом напрягали?

- Режим был страшный. Утром подъём, в 11 вечера отбой, спать. Ку­рить нельзя, выпить тем более. Хотя выпивали люди, штрафовали их... Но всё же с нами и нянчились много.

- В каком смысле?

- Объясняю. Надо было кому из фут­болистов телефон — сразу проводили. Нужен холодильник — пожалуйста. Хо­чешь машину, а ведь её нельзя было про­сто так купить, есть деньги — покупай. Футболисты из звёзд так и вовсе маши­нами торговали и хвастались потом, кто больше продал. И в сравнении с простым народом мы, конечно, жили лучше.

- И всё же современным футболистам в этом плане го­раздо проще.

- Нынешним футболистам я зави­дую, белой завистью завидую. У них всё есть! А мы играли за гимн Совет­ского Союза только лишь. Я с «Шах­тёром» весь мир объездил, играли с иностранцами, и как гимн услышишь — сразу волосы дыбом, я же тогда не лысый был! А сейчас футболистам есть за что играть.

- В Союзе профессионального футбола не было...

- Вот-вот. В трудовую книжку писа­ли — футболист команды «Металлист» или, скажем, «Шахтёр». Но пенсию за это не начисляли! И приходилось про­бивать, чтобы записали инструктором или проходчиком, и тогда уже что-то давали. По молодости ведь не думаешь о пенсии. А потом очень обидно было.

- Как сейчас складывается ваша жизнь?

- Да потихоньку. Конечно, уже за­были обо мне: чтобы доказать, что ма­стер спорта, надо удостоверение пока­зывать. Но за нынешних футболистов, конечно, радуюсь. За харьковский футбол переживаю.

- Вы родом из Закарпатья, но считаете себя харьковчанином?

- Я ведь здесь живу с 1972 года! И без Харькова уже не могу. Теперь-то я и город хорошо знаю. Как завязал с фут­болом — хоть в зоопарк сходил, в те­атр... Так что я харьковчанин. И болею за «Металлист». «Шахтёру» я, конечно, тоже симпатизирую как бывшей ко­манде, но там ведь сейчас легионеры одни. У нас хоть украинцев больше, для меня это важно. И в руководстве люди нормальные. Я их не знаю лично, тех же Ярославского и Стороженко, но то, что они делают — правильно.

 




Наверх


© 2009-2016 E.Argunov, V.Beloshenko